Высшая инстанция также отметила, что исполнительное производство должно производиться на основе уважения гражданина и обеспечения его элементарных бытовых и гигиенических потребностей, поэтому приставы не могут арестовывать унитазы и межкомнатные двери в доме. Суть дела 

Высшая инстанция изучила дело жителя Екатеринбурга, у которого приставы арестовали газовую плиту, унитаз, зеркало, обувной комод и две межкомнатные двери. Должник оспорил эти действия в суде, отметив, что проживает в этой квартире на условиях найма, а всё находящееся в ней имущество принадлежит арендодателю.

Газовая плита, унитаз, межкомнатные двери — неотъемлемая часть квартиры и внесение их в опись не требовалось, отмечает заявитель. Он считает, что действия приставов нарушили требования статьи 446 Гражданского процессуального кодекса, поскольку арестованное имущество относится к предметам обычной обстановки и не является предметом роскоши.

Железнодорожный районный суд Екатеринбурга его доводы поддержал и иск удовлетворил. Однако апелляционным определением Свердловского областного суда решение изменено в части признания незаконным ареста зеркала и обувного комода. Кассационная инстанция оставила последнее решение в силе.

Позиция ВС

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции пришёл к выводу об отсутствии у судебного пристава правовых оснований для ареста (описи имущества) исходя из того, что должник не является собственником квартиры, а арендует ее.

«Проживание должника в квартире само по себе не свидетельствует о том, что он является собственником находящегося в ней имущества», — отметил суд.

Он также указал, что под арест попали предметы домашней обстановки и обихода, которые требуются для обеспечения повседневных бытовых потребностей в питании и гигиене, а не предметы роскоши.

Выводы суда первой инстанции согласуются с нормами материального права, регулирующими возникшие правоотношения, соответствуют материалам дела, считает ВС.

Высшая инстанция отмечает, что исполнительное производство осуществляется на принципах уважения чести и достоинства гражданина и неприкосновенности минимума имущества, необходимого для существования.

При этом анализ правовых норм позволяет сделать вывод о том, что обращение взыскания в рамках исполнительного производства, включая применение такой меры обеспечения исполнения исполнительного документа как арест, производится в отношении имущества, принадлежащего именно должнику, указывает высшая инстанция.

«Наложение ареста, а также иные действия, совершённые в отношении имущества, не принадлежащего должнику, не соответствуют закону», — подчеркивает ВС.

Таким образом, вывод судов апелляционной и кассационной инстанций о законности ареста зеркала и обувного комода, находящихся в квартире, не принадлежащей должнику ни на праве собственности, ни по договору социального найме, имеющему регистрацию по месту жительства в другом городе, не соответствует закону, указывает ВС.

В связи с чем он отменил решения последний двух инстанций и оставил в силе решение районного суда.