Главная / Новости / Грозит ли главбуху привлечение к субсидиарной ответственности

Грозит ли главбуху привлечение к субсидиарной ответственности

Подписаться на новости

В соответствии с п. 1 ст. 61.10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

ФНС в своем Письме от 16.08.2017 № СА-4-18/16148 указала, что основные признаки «контролирующего должника лица» (КДЛ) – лицо, которое имело возможность давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. При этом в п. 3.1. вышеуказанного письма говорится, что для привлечения к субсидиарной ответственности заявителю необходимо доказать наличие в том числе статуса КДЛ у ответчика, то есть ФНС, несмотря на нормативно установленные презумпции контроля, исходит из того, что бремя доказывания того, что лицо является контролирующим должника, возлагается на заявителя.

Верховный суд РФ в Определении № 302-ЭС14-1472 от 15.02.2018 признал ряд признаков подконтрольности должника-организации контролирующему лицу. Если оно не имеет формальных полномочий, то обычно не заинтересовано в раскрытии своего статуса контролирующего лица и его отношения с подконтрольным обществом никак не задокументированы. В такой ситуации ВС рекомендует судам проанализировать поведение привлекаемого к ответственности лица и должника. О наличии подконтрольности, в частности, могут свидетельствовать следующие обстоятельства:

• действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин;

• действия противоречат экономическим интересам должника и одновременно ведут к существенному приросту имущества лица, привлекаемого к ответственности;

• данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одного другому и т. д.

Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные доказательства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении отношений фактического контроля и подчиненности, в силу ст. 65 АПК РФ бремя доказывания обратного переходит на привлекаемое к ответственности лицо. При таких обстоятельствах интересным представляется вопрос о признании главного бухгалтера контролирующим лицом должника.

Главный бухгалтер должника как наемный работник, который выполняет распоряжения органов управления, не может рассматриваться в качестве лица, контролирующего должника, кроме случаев, когда результатом его действий (самостоятельных либо в сговоре с иным лицом) стало объективное банкротство должника. Должностные обязанности главного бухгалтера предполагают организацию и ведение бухучета, работу с товарно-материальными ценностями и подразумевают под собой наличие некоторых полномочий, направленных на распоряжение имуществом. С этой стороны, действия главного бухгалтера вполне могут иметь прямую причинно-следственную связь с объективным банкротством должника.

Буквальное толкование положения подп. 3 п. 2 ст. 61.10 закона о банкротстве, свидетельствует о том, что главный бухгалтер должника заведомо должен рассматриваться в качестве контролирующего должника лица. Доказать обратное должен сам главный бухгалтер. Из этого можно сделать вывод, что именно на главного бухгалтера должника возложено бремя доказывания того обстоятельства, что он не является КДЛ.

Верховный суд в Определении от 07.10.2019 по делу № А56-83793/2014 (307-ЭС17-11745) указал, что для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходимо определить, обладает ли такое лицо признаками контролирующего лица, то есть формирует и реализует финансовые и административно-хозяйственные решения, поскольку формально такое лицо может и не иметь таких компетенций.

В силу специфики института субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника ответственность главного бухгалтера наступает при доказанности совокупности следующих условий: главный бухгалтер является КДЛ (то есть имеет фактическую возможность определять деятельность должника), а также судом установлены все основания для привлечения лица к ответственности (противоправность действий лица, причинно-следственная связь между действиями лица и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, вина лица, привлекаемого к ответственности).

Верховный суд РФ ориентирует суды на необходимость установления действий контролирующих лиц, которые явились необходимыми причинами объективного банкротства должника.

Для признания лица КДЛ необходимо исходить не только из наличия формально-юридических признаков, определяющих указанный статус, но и установить действительную возможность конкретного лица контролировать деятельность должника. Такой позиции придерживается и действующая судебная практика. Так, АС Северо-Западного округа в Постановлении от 02.04.2019 № А42-233/2015 указал, что главный бухгалтер мог приказывать лишь подчиненным. Не доказано, что он приказывал директору или сам действовал от его имени. Значит, не установлено, что главный бухгалтер управлял организацией.

Верховный суд РФ значительно смягчил законодательную презумпцию, закрепленную в подп. 3 п. 2 ст. 61.10 закона о банкротстве, в части главного бухгалтера. Верховный суд РФ возлагает бремя доказывания того, что главный бухгалтер является контролирующим должника лицом на заявителя. Соответственно, главный бухгалтер не может отвечать только из-за должности. Нужно доказать, что он относится к контролирующим лицам, то есть вправе давать должнику обязательные указания или иным образом определять его действия.

Чаще всего главных бухгалтер выступает в качестве субъекта ответственности в тех случаях, когда последний одновременно входил в органы управления должника.

Таким образом, подводя итог, полагаем, что действующая правоприменительная практика по вопросу о признании главного бухгалтера контролирующим должника лицом и привлечения последнего к ответственности по долгам банкрота исходит из того, что главный бухгалтер не может быть признан КДЛ в отсутствие иных признаков, свидетельствующих о наличие контроля деятельности должника. Учитывая, что привлечение к субсидиарной ответственности главного бухгалтера все-таки возможно, я бы рекомендовал бухгалтерам для исключения возможности привлечения их к субсидиарной ответственности следующее:

1) При заключении трудового договора определить степень ответственности бухгалтера, указав в нем, что бухгалтер не отвечает за достоверность сведений в первичных документах, представленных сотрудниками организации.

2) В документообороте организации указать должностных лиц, которые могут представлять первичные документы в организацию.

3) Издать приказ руководителя организации, в котором назначались бы лица, имеющие право представлять первичную документацию в бухгалтерию и несущие ответственность за достоверность первичной документации.

4) Продублировать все вышесказанное в должностных инструкциях бухгалтера.

Наш адрес

Москва, ул. Б. Полянка, 26